Любовь публики ко «всему, что исполняется под музыку», неизбывна. Сегодня каждый, даже самый заштатный драматический театр включает в репертуар музыкальный спектакль – и нет сомнений, что он станет весьма востребованным. А музыкальные театры могут похвастаться аншлагами куда чаще собратьев-«драмовиков». Поэтому, когда на столичной сцене появились первые мюзиклы, мало кого посещали сомнения в успешности данного явления.
Вышло меж тем ровно наоборот. И пресловутый «бум» (таковым, впрочем, не являющийся; бум – это когда возникает одновременно штук двадцать конкурентоспособных постановок, а у нас от силы два одновременно шли) длился недолго. Удивительно, чем больше стало у нас мюзиклов, тем меньше на них оказывался спрос. И многие откровенно прогорают. Однако «чужеродный жанр», как обозвали бы его в советские времена, упорно не желает сдавать позиции.
Дабы разобраться, что происходит у нас на мюзикловой почве, был затеян целый фестиваль с пафосным названием «Музыкальное сердце театра», завершившийся на этих днях. Президентом смотра стал Алексей Рыбников, едва ли не лучший современный отечественный композитор, на чьем счету немало опытов по части мюзикла (правда, его сочинения, включая легендарную «Юнону и Авось», принято называть рок-операми, что звучит точнее по смыслу).
И хотя в программе фестиваля было немного образчиков «чистого жанра», в проведении его был определенный резон. Обозначивший ситуацию не только с мюзиклами, но с музыкальными спектаклями в целом.
Колпак не по-колпаковски
 Мюзикл «Ромео и Джульетта» (www.loja.ru) |
Основной мюзикловый продукт, прокатываемый сегодня на столичной сцене, – это калька с одноименных западных спектаклей. Причем выбираются наиболее растиражированные образцы. Это неудивительно: зритель, по сей день ассоциирующий понятие «мюзикл» с чем-то иностранным, а значит, привлекательным и ярким, как конфетный фантик, не оценит чрезмерной оригинальности. Однако обвинить человека, покупающего билет на мюзикл, в неразборчивости тоже нельзя. Хотя прокатчики порой забывают об этом и перестают ставить качество во главу угла.
Посмотрим на афишу. Давно прошло время «Метро» и «Нотр-Дам де Пари», бесславно погибли «Чикаго» и «We Will Rock You», – сейчас в афише главенствуют «Кошки» (их жизнь должна была завершиться еще месяц назад, однако показ еще идет вовсю), «Ромео и Джульетта» да адаптированные для драматического театра «Иисус Христос – Суперзвезда» и «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда».
И вот что интересно. Создатели всех вышеупомянутых спектаклей настаивают на том, что делали «русскую версию»; соответственно, текст исполняется по-русски. Хотя мизансценически, декорационно и музыкально постановки полностью скопированы. И именно с текстом оказывается главная беда. Выяснилось, что людей, сочиняющих качественные, пригодные для пения стихи, не наблюдается в обозримых окрестностях. В отличие, скажем, от композиторов – таковые у нас еще не перевелись.
Но нельзя же петь музыку совсем без слов!
Особенно отличились по части текста «Кошки». Фразы-шедевры сыплются как из рога изобилия: «Лезет играть короля билетер»; «Начнем с того, что кот – не пес», «Наша дворняжка – особенный зверь, дерется не хуже китайца, поверь»…
Глубокомысленно, правда?
 Рок-опера «Иисус Христос – Суперзвезда» (www.loja.ru) |
В такой ситуации невольно думаешь: лучше бы пели на языке оригинала – не так стыдно! Зритель радовался бы красивой картинке, слушал превосходную музыку Уэббера и не ответвлялся на восприятие текстовых нюансов. Тем более что сюжета в «Кошках» особенного нет, а либретто крупными буквами написано на щитах в фойе.
Благодаря фестивалю на один вечер удалось «воскресить» «Чикаго» и «We Will Rock You» ( последний, правда, в сокращенно-концертной версии ). И оказалось, что этим спектаклям еще жить бы и жить. Отлично работающие артисты, яростная живая энергетика…
И бесконечные разговоры о том, что «публика не воспринимает чужеродные истории, ей надо что-то сугубо свое», неумны и неуместны. Публика идет на мюзикл в первую очередь за зрелищем, за яркостью и броскостью формы, за увлекательными, но не умудренными сюжетными коллизиями. А еще – за хорошими голосами и красивыми лицами.
Щас спою!
 Мюзикл «Кошки» (www.loja.ru) |
Вот тут-то и становится очевидным еще один крайне серьезный вопрос – вопрос подготовки артистов. Ибо в идущих сегодня в Москве мюзиклах лучше всего работают более-менее опытные артисты драмы, наделенные некими музыкальными данными.
Но и это не всегда спасает. В тех же многострадальных «Кошках» наблюдается колоссальный разнобой: право, весело, когда один артист поет в оперной манере, другой – в джазовой, а третий вообще безнадежно фальшивит. С пластикой картина та же самая – двигаются кто во что горазд.
И «Кошки», увы, не исключение, а правило.
А обучение специальности «артист мюзикла» в наших творческих вузах возникнет еще не скоро.
Похоже, что в драматическом театре, собираясь делать спектакль с песнями-танцами, куда более вдумчиво подходят к музыкальной стороне дела. Педагоги по вокалу и хореографы не покладая рук, ног и голосовых связок трудятся над актерскими организмами. И достигают похвальных результатов.
Пример – спектакли Театра Пушкина «Ночи Кабирии» и «Одолжите тенора!» (к мюзиклам отношения не имеющие, но включенные в афишу МСТ). В первом артисты отлично сочетают сложную движенческую вязь и исполнение вокальных номеров. А во втором ухитряются вполне прилично петь оперные фрагменты. Конечно, никто не ждет, что артист Театра Пушкина (или любого другого) завтра выйдет на сцену Большого. Но на уровне, нужном для конкретного спектакля, эти люди работают достойно.
Издавна пытался освоить жанр мюзикла Театр Моссовета. Что добавило ему зрительского успеха. Старинный «Иисус Христос – Суперзвезда» и новенький «Джекил и Хайд», по сей день идущие в репертуаре, говорят об адекватности этих попыток. Есть там, конечно, и шероховатости по части вокала, да и с актерским исполнением не всегда все гладко. Но зрелищности и простодушной искренности в этих работах хватает. Что привлекает, как и отсутствие пафоса.
А можно ли, скажем, назвать мюзиклом изысканный камерный «Абсент» режиссера Ивана Поповски в
Театре Елены Камбуровой. Объективно – да. Хотя само слово кажется неподходящим, и хочется поменять его на привычное «музыкальный спектакль». Построенный на французском шансоне и религиозных песнопениях, превосходно сыгранный и спетый, к тому же очень красивый по картинке, «Абсент» поэтичен и завораживающе притягателен. И придумывать ему определение не хочется.
Хотя нужда в классификации, безусловно, есть. Иначе как отличить мюзикл от оперетты и от пресловутого музыкального спектакля? Тем более что практика ежедневного показа мюзиклов, многие годы действующая на Западе, у нас только-только зародилась и очень неуверенно встает на ноги.
Возможно, организаторы МСТ помогут разобраться в ситуации.
Если, конечно, сами не запутаются.