Наталья Радулова: Уравновесить измену

«Сохранять баланс – наша собственная забота, – сказала недавно Сандра Баллок, которая пережила предательство мужа. – Для меня это был развод. Только он уравновешивает измену. Это не месть. Просто финал».

Душевное равновесие, этот самый жизненный баланс – как много женщин отказываются его сохранять. У скольких не хватает храбрости «уравновесить измену», как это сделала Сандра. Ведь что бы там ни говорили об измене – будто это ничего более, чем проникновение одного полового органа в другой, – история и опыт человечества доказывают обратное.  Измена – это сокрушительный удар по отношениям. Это крах доверия. Это боль. Всегда так было и так будет.

«Я больше не верю ему. Не могу ему больше доверять. Словно что-то сломалось. Навсегда и безвозвратно. Понимаешь?»

Почему я говорю только о женщинах, которые, потеряв равновесие от этого удара, не пытаются даже встать? Просто потому, что мне больше известны именно женские истории: я подруга, я сестра, я, в конце концов, сама женщина. И я знала только одного мужчину, которому изменяла супруга, и он терпел это. Либо мужчины больше себя уважают и поэтому довольно быстро прекращают это мучение: «С меня хватит!» – либо они более скрытны и мало кому рассказывают о своих проблемах.

Что касается того парня-страдальца, то он был человек верующий, православный и посему с кротостью принимающий любое унижение в принципе. Когда его жена уезжала по ночам к любовнику, он просто вздыхал: «Это мой крест. Я должен сохранить семью. Я буду ждать». И ждал, изнывая и мучаясь, пока благоверная металась от него, такого для нее скучного и пресного, к обворожительному красавцу. Потом она все же сделала выбор в пользу красавца и подала на развод – спасибо хоть, что это произошло относительно быстро, крест ее мужу не пришлось тянуть до пенсии.

А вот многие женщины терпят измены годами. Некоторые – всю свою замужнюю жизнь. Зачем, ради чего – это всегда было для меня загадкой. Хотя, надо признать, их замужний статус обычно – чистая формальность. Да, они изображают видимость семьи, но, не в силах терпеть боль постоянно, довольно быстро дистанцируются от мужа. Как сказала мне одна такая тетечка: «Он сам по себе, я сама по себе, живем вместе ради детей, чтобы никто не посмел мне бросить вслед: «Да кому она нужна, разведенка».

Но и не про таких женщин речь. Я о других. О тех, кто привязан к своему любимому. О тех, кому измена – как по живому. С одной такой девушкой я сейчас общаюсь. Ее бойфренд закрутил роман с 18-летней студенткой, пока эта девушка, Люба, на месяц уехала в другой город, чтобы ухаживать за прихворавшей мамой. Когда измена вскрылась, это стало для Любы сильнейшим ударом: «Мы же общались почти каждый день по скайпу, он продолжал говорить мне о любви, и я говорила ему, как люблю, я доверяла ему все свои тайны, мы рассказывали друг другу о своих страхах, мечтах, снах, о своих детских воспоминаниях. И вдруг я узнаю, что он все это время строил другие отношения...»

Парень даже на какое-то время уехал жить к своей студентке, но потом все же вернулся к Любе. Они почти не обсуждали и не обсуждают случившееся, так как он начинает злиться, как только об этом заходит разговор. «Я же вернулся, я попросил прощения, что тебе еще нужно? – кричит он. – Хватит выносить мне мозг». Поэтому то, что Люба не может сказать ему, она говорит мне: «Боль не уходит. Мысли о том, что произошло, все время мучают меня, и я не знаю, как мне справиться. Я больше не верю ему.  Не могу ему больше доверять. Словно что-то сломалось. Навсегда и безвозвратно. Понимаешь?»

Я понимаю. У меня самой так было. Я тоже пыталась осознать факт измены, тоже согласилась «начать заново», будто ничего не было. Два месяца этой новой жизни я существовала, как тот мультяшный герой, у которого не осталось под ногами опоры, но он продолжает какое-то время молотить конечностями в воздухе, прежде чем рухнуть в пропасть. Но отсутствие равновесия так измучило меня, так расшатало мою нервную систему, что пришлось сдаться: «Я больше так не могу, извини. Нам надо расстаться».

Это действительно не была месть, не было никакого злорадства и даже, по-моему, уже и от обиды ничего не осталось. Я простила, мы по-человечески как-то расстались. И когда это произошло – словно почва под моими ногами снова появилась. Я так явственно помню это чувство, будто я наконец сделала то, что должна была сделать – по всем законам мироздания. Измена была уравновешена, и я снова обрела душевный покой. Исчезла эта внутренняя трясучка, прошли болезненные ощущения какой-то неопределенности, незавершенности, неправильности, тревоги, которые так меня изматывали. Да, в мире что-то явно пришло в правильное положение.

Я не знаю, завершатся ли отношения Любы с ее возлюбленным так же. Но пока я вижу, что она абсолютно дезориентирована. О равновесии речь даже не идет, она не просто упала, она растоптана. Возможно, чтобы спасти себя, Люба просто отползет в сторону. Станет жить в одном доме с тем, кого всегда будет воспринимать как предателя, который в любой момент может ей дать под дых. А может, и сам парень вдруг поймет, что о проблеме надо говорить, и попытается восстановить то, что было...

Нет, все же не могу я закончить эту колонку оптимистической мурой из серии «он ей изменил, но она простила, и они стали жить счастливо». Потому что не верю я в это. Не в то, что можно простить, – прощать нужно, в первую очередь ради себя, чтобы не жить дальше с горечью непрощения. Не верю я, что после такого можно жить счастливо вместе. Ну не верю.

Как не верит Сандра, которая до сих пор с большой теплотой отзывается о своем бывшем муже, но остается женщиной, которая сразу и бесповоротно отказалась от совместного будущего с ним, когда вскрылись его ложь и обман. Как не верит Ева Лонгория, которая признает, что все еще не может без слез говорить о своем разводе, но остается той, которая подала на этот развод немедленно после измены супруга.

Мы можем оставаться благодарными своим бывшим мужьям и бойфрендам за все хорошее, что у нас было, за все то чудесное время, что мы провели вместе. Но если тот, кому ты верила всем сердцем, сбивает тебя с ног, я уверена, надо найти в себе силы, чтобы встать и уйти. Как можно дальше от опасности. Это не месть. Просто закономерный финал.