Наталья Радулова: Имейте совесть!

Ненавижу дамочек, которые сначала хамят, прут на людей, как танки, а потом, лишь только их пытаются призвать к ответу, прикрываются своей половой принадлежностью: «Не трогайте меня! Я женщина! Как вам не стыдно!»

Вчерашний вечер в супермаркете удался. Обычный среднестатистический покупатель подошел к обычной продавщице и что-то там попросил. Креветок взвесить ему, что ли. Дама отреагировала так, как реагируют многие отечественные дамы за прилавком: спокойно продолжила заниматься своим делом, мыть под краном какую-то ложку. Мыла она ее долго и тщательно, затем так же тщательно вытирала руки полотенцем, поправляла чепчик, двигала на столе какие-то свои плошки, лотки, спиной выражая презрение к просителю: «Стоишь, гад, ждешь? Ну постой еще немного, постой. А то ходите тут с утра до вечера, достали вы меня уже».

«Их «я женщина» звучит как «я инвалид, я неполноценная, что вы от меня хотите?» Это из-за них сексизм у нас процветает»

Покупатель поначалу молча переминался с ноги на ногу. Когда продавщица двинулась в его сторону, он даже приподнял навстречу ей свои креветочки: мы тут, мол, спасибо, что заметили. Но прилавочную королеву так просто не возьмешь. Подойти-то она подошла, но опять сделала вид, что в радиусе 100 метров нет живых существ, кроме нее и рыб в аквариуме. Она навалилась обширной грудью на витрину и снова стала что-то там увлеченно переставлять. Мужчина постепенно багровел, становясь похожим на своих креветок: «Может, вы обратите все-таки на меня внимание?» Ноль реакции.

Я даже остановилась возле этих двоих, чтобы полюбоваться великолепной психологической игрой. Будь у меня попкорн, тут же стала бы поглощать его и нервно запивать колой. Вот это триллер! Вот это сюжет! Тонкая, тщательно отрепетированная на тысячах добровольцев пытка: одни стоят и ждут, другая делает вид, что их нет. Кто кого.

Наверное, если разобраться, это у нее месть такая. Мелкая пакость человечка с неудачной карьерой. Ведь вряд ли в детстве эта суровая тетя мечтала взвешивать замороженные продукты всяким надоедливым типам. Может, она хотела стать космонавтом. Капитаном ледокола. Или даже бойцом спеназа. А пришлось делать унизительное, с ее точки зрения – обслуживать. Вот это «обслуживать» она покупателям и не может простить. Она их за это демонстративно игнорирует. И в то же время следит за реакцией: на какой минуте, к примеру, сломается этот солидный господин? Когда он превратится в жалкое хныкающее существо, вид которого потешит ее самолюбие?

Покупатель, кстати, оказался крепким. Повторив несколько раз свою просьбу и не добившись даже взгляда в свою сторону, он потребовал менеджера. Тетка в чепчике лишь плечами пожала. «Может, она глухонемая?» – предположил кто-то из очереди – теперь помимо меня за восхитительным спектаклем наблюдали еще несколько зрителей. «Сам ты глухонемой! – рявкнула наконец тетка и швырнула на прилавок металлический поддон с фаршем, который она двигала туда-сюда без ясной цели последние 10 минут. – Не понятно, что я занята? Я что, разорваться должна? Стойте и ждите».

Пришлось делать унизительное, с ее точки зрения – обслуживать (фото: ИТАР-ТАСС)

Мужчина с креветками резко развернулся на пятках и чуть ли не побежал куда-то в сторону винного отдела. «Слабак», – решила я и отправилась за огурцами. Как же быстро он сдался. Вот поэтому все эти продавщицы нас и имеют: делают вид, что не слышат наших просьб, разговаривают сквозь зубы и бубнят: «А я откуда знаю?» – когда спрашиваешь их, куда делись пакеты в овощном ряду.

Уже на обратном пути к кассе я узрела героя с креветками – он все же притащил с собой менеджера и громко ей объяснял: «Мне всего лишь хотелось нормального сервиса». Продавщица находилась тут же, испуганно застыв, как олень в свете фар – такие принципиальные покупатели, видимо, не часто попадались в ее богатой практике. Из ступора ее вывела лишь фраза менеджера: «Будете писать объяснительную».

Продавщица взвизгнула: «Ой! Это еще почему?» Перспектива остаться без работы в разгар кризиса, похоже, ей не очень глянулась. Все ж какой-никакой, а кусок хлеба она здесь имеет. Поэтому она пошла в контратаку и на все претензии оскорбленного покупателя талдычила: «Ну вы же мужчина, ведите себя благородно! Имейте совесть!» – намекая тем самым на то, что он мог бы и потерпеть ее хамство, что ябедничать было не обязательно.

Я подкатила тележку ко всей этой компании, когда продавщица уже перешла на ультразвук: «Я ведь женщина!» С большим наслаждением я вставила свое: «А это тут при чем?» На этот раз внимание на нового персонажа дама в чепце обратила быстро: «Как это при чем? Женщин надо уважать, проявлять к ним снисхождение». Хотелось мне поинтересоваться, с какой это поры женские половые органы являются индульгенцией для хамства, но тут спохватился виновник тожества. «Людей в принципе надо уважать, – сказал он. – Покупателей в том числе. А вы, похоже, об этом давно забыли».

Чепец в ответ начал чуть ли не слезы выдавливать – обычная практика манипуляторш, которые сначала ведут себя по-свински а потом визжат: «Я женщина! Я слабая!» Ох, как же они мне надоели. Эти хитрые, наглые барышни, которые не желают нести ответственность за свои проступки. Их «я женщина» звучит как «я инвалид, я неполноценная, что вы от меня хотите?» Это из-за них сексизм у нас процветает. И это они же требуют от представителей противоположного пола быть супергероями: «Ты же мужчина! Пойди и сделай! Заработай! Набей соседу морду! Не плачь! Не пытайся общаться со мной на равных! Не смей быть человеком, ты же мужчина-а-ааа».

Поэтому я дала менеджеру свидетельские показания. Не против женщины и не за мужчину. Потому что их половая принадлежность в этой истории действительно ни при чем.