Леонид Радзиховский: Орлы и Кумиры

Недавно я попал на запись ТВ-программы, где тема была обозначена так: «Нужны ли России духовные лидеры?» Все это как-то увязывалось с началом публикации собрания сочинений Солженицына.

Ну, Бог с ним, с собранием. Сильно сомневаюсь, что его многие прочитают, а уж тем более что многие считают Солженицына «духовным лидером». Однако, речь вовсе не о Солженицыне.

Участники программы сошлись на том, что никаких «духовных лидеров» в России нет. Ладно бы – нет среди тех, кто сегодня жив. ВООБЩЕ – НЕТ. То есть НИКТО из знаменитых персонажей XIX–XX веков, от Пушкина до тех же Сахарова с Солженицыным, эту роль сегодня как-то не выполняет. Время «безлидерства» на дворе.

С другой стороны, очевидно, что спрос на духовных поводырей – есть. Это было видно не только по голосованию в аудитории, где 80–90% зрителей упорно «требовали Лидера», но и по куда более заметным событиям.

«Люди по-прежнему считают, что «свято место пусто не бывает». Но поставить на это свято место – некого. И непонятно, почему спрос не родит сегодня предложение, как при такой потребности общество не может найти объект для приложения своих эмоций»

Например, неожиданный (говорят, даже для самих авторов) успех фильма «Остров». Петр Мамонов, принимая своего «Золотого орла» сказал: подумаешь, сняли «какое-то кинцо – вся страна рыдает».
А ведь именно так!
И насчет «рыдает» – т.е. например, ТВ-рейтинг этого самого «Острова» зашкаливает выше любых шоу на соседних каналах.
И насчет «какое-то кинцо» – дело, понятно, субъективное, но по опросу киноэкспертов фильм и правда... так себе. В отличие, допустим, от «Возвращения». И именно этим и объясняется успех «Островов» у широкого зрителя – доступно о НАБОЛЕВШЕМ.

НАБОЛЕЛО же одно: общество нефтедолларового потребления только складывается в России, но чем жаднее потребляет, тем сильнее изжога, отрыжка и прочие штуки.

Отношение к тому же ТВ напоминает историю, описанную Валентином Катаевым. Там два мальчика ели варенье. Переели. Их начало уже мутить. Но чем больше мутило, тем жаднее они ели-жрали-ИЗНИЧТОЖАЛИ это самое треклятое варенье...

«Изничтожить телевизор», т.е. ТВ-эфир, нельзя. Вот и потребляют день за днем, без всякой надежды на просвет – «с отвращением хохочут» над Петросяном, Галкиным, с отвращением прыгают с сериала на сериал, где прицеливаются на одном канале, стреляют на другом, а труп падает уже на третьем. С канала на канал, с сериала на сериал, как в известном анекдоте: «от себя – и с ненавистью, с ненавистью». Впрочем, известно, что ТВ-рейтинги и на самом деле падают (уж об информационно-политических передачах я и вовсе молчу. Даже пятиминутки ненависти к США и то не спасают. Тошнит-с народ…).

И чем больше тошнит от «голого потребления» (в том числе потребления гламурного стеба, бесконечной очевидно проплаченной политболтовни и т.д. и т.п.) тем сильнее жажда «чего-то другого». «Духовенного хотца!» Отсюда – и восторги по адресу того же «Острова» – попали прямо в потребность зрителя. «Вам надобно песен? Их есть у меня!»

«Изничтожить телевизор», т.е. ТВ-эфир, нельзя. Вот и потребляют день за днем, без всякой надежды на просвет

Итак, спрос – есть. Предложения – нет. «Съесть-то он съест, кто ж ему даст?!» А в самом деле – кто? Жажду духовности фильмом (пусть в миллион раз лучшим, чем этот самый «Остров») не насытишь. Тут нужен – Человек. Кумир. Лидер. А такого – нет.

Здесь есть некий парадокс.
Легко вспомнить 1989–91–93.
Тогда общество было настолько заряжено электричеством, что готово было излиться – как чувства 16-летнего подростка – на первый подвернувшийся «смутный объект желания». И Героями становились то Гдлян с Ивановым, то Чумак с водой... О «вере в Ельцина», вере, которая не разбивалась при падении с мостов и не пошатывалась при демонстрации «пьяной лекции» Б.Н. в Штатах... «Верую – ибо абсурдно».
Так оно вообще-то и должно быть.
Недавно я перечитывал знаменитую «Пушкинскую речь» Достоевского. На спокойную голову абсолютно непонятно, что там вызывало такие эмоции – люди (если верить оценкам самого автора) прямо с ног валились, руки ему целовали и т.д. «В охлажденном виде» эта речь совершенно не потрясает воображение. Что естественно для любви, в том числе для Любви Масс. Слова «Иди ко мне…» без соответствующей обстановки не вызывают никакой реакции, кроме, пожалуй, «пошел отсюда!».
Итак.
С одной стороны – явно видно, что людям, «народу» ХОЧЕТСЯ верить-надеяться-любить КОГО-ТО.
С другой стороны, непонятно, почему спрос не родит сегодня предложение, как при такой потребности они (общество) не могут найти объект для приложения таких эмоций. «Я его слепила из того, что было…». Что ж не лепится-то ничего? Пусть пустышка, как в 1989–91, но почему же вообще – сплошной «пшик».

Люди по-прежнему считают, что «свято место пусто не бывает». Но поставить на это свято место – некого. Даже обмануться – некем. Почему?

Может быть, в современном обществе в России просто нет «святых мест», святых понятий, только прикасаясь к которым и появляются Кумиры и Лидеры нации?

Очень любопытный вопрос! И единого ответа нет.
Назову некоторые, наиболее очевидные.

1. Сознательное торможение. Часто кумирами и духовными лидерами в России были политические лидеры. Самодержцы, затем – Ленин, Сталин, отчасти – Дзержинский, Андропов. Последним очень ненадолго (1989–93) стал Ельцин. Путин запросто, «одной левой» мог добиться положения такого кумира, да во многом им и стал. Но, как мне кажется, несмотря на всю государственную ТВ-пропаганду со всеми ее «путинками» и т.д., сам Путин скорее ТОРМОЗИТ «культ личности». Он старается – насколько сознательно, судить не берусь – не «надувать», а «сдувать» свою харизму. Быть не столько Богом-Царем-Героем, сколько «управляющим». Заполняя анкету о профессии он написал: «оказание услуг населению». Шутка. Но в этой шутке – доля шутки. Обладая «царской» властью, он, тем не менее, НЕ ХОЧЕТ «играть в царя» (в отличие от «царя Бориса»). Его игра другая, которая МЕШАЕТ населению поднять Путина на тот пьедестал, на который его бы охотно поднял стосковавшийся по кумиру народ.

Владимир Высоцкий

2. Действие равно противодействию. Еще чаще духовные лидеры взлетали, «отталкиваясь» от власти. Народовольцы, Горький, в советское время – Высоцкий, Окуджава, наконец, самый чистый случай – Сахаров-и-Солженицын. Разные люди, разные идеи, разная харизма, разная степень диссидентства. Но всегда воспринимались по контрасту с властью (как минимум). Как тот или иной вариант «духовной оппозиции», героического освобождения из-под пяты власти.

Что ж – нет «пяты», нет и героического освобождения. Энергия противостояния с властью выдохлась. Потускнели и кумиры. (Мне всегда интересно – что было бы с Высоцким, доживи он до наших дней? Остался бы тем же живым кумиром – или превратился в «дорогой многоуважаемый шкаф»?)

В общем, кумиры в России жили в давящей климате тоталитарного (в крайнем случае – авторитарного) общества. В сегодняшней разряженной атмосфере «легкого пофигизма» (о «настоящей свободе» писать – рука не поднимается) они начинают задыхаться – как киты на берегу. В атмосфере «борьбы» (например, борьбы с властью) были нужны Герои, Учителя, Кумиры. В атмосфере сытого (для одних), полуголодного (для других) шоу нужны только шоумены.

3. Мировые тенденции. Россия не уникальна. В том числе и в этом.

Да, в западном мире есть: кинозвезды, спортсмены, шоумены, герои поп-культуры. Но их популярность, точно выраженная в цифрах доходов, – это «типичное не то». Нет на Западе (как и у нас) сегодня таких кумиров, как романтические Хемингуэй, Леннон, до того – Байрон или Ницше. Кумиры, рассчитанные как «арт-бизнес-проект», скалькулированные и созданные на глазах у скалящейся публики никогда выше шоуменов не пойдут (да они и не стремятся: в чем – в чем, а в этом они вполне честны). Революционеры и пророки – это совсем другая... публика. Тут «бизнес-проект» тоже нужен, но... совсем недостаточен!
В мире что-то изменилось к началу ХХI века.
Такова цена «массового производства культуры»? Возможно. По известному анекдоту. «Что такое прогресс? Сейчас в Тульской писательской организации 180 членов, а до революции был один Толстой».

И действительно.
Древняя Греция. Несколько тысяч людей, умеющих писать. Аристотель, Платон, Евклид, Архимед...
XVII век. Сколько вообще ГРАМОТНЫХ людей в Европе? Ну, несколько сот тысяч. Сколько из них ученых? Несколько тысяч. Среди них – Ньютон, Паскаль, Декарт, Спиноза, Лейбниц.
Начало ХХ века. Несколько миллионов людей с высшим образованием на всю Европу, тысяч 10–20 ученых. Среди них – Эйнштейн, Фрейд, Резерфорд, Бор, Павлов...
Назовите хоть ОДНУ фигуру сопоставимого масштаба из миллионов (десятков миллионов?) современных интеллектуалов.

Что, люди стали «глупее»? Едва ли... Но что-то изменилось в интеллектуальной атмосфере. Энтузиазм заменился стебом – и не только в искусстве, но, видимо, и в науке.

Чтобы все это не свелось к брюзжанию: «Что – Луна! Вот до войны, сударь это была настоящая Луна!», могу сказать, что законы этой «культурной синусоиды» на самом деле никому неизвестны.
Почему кончается – и откуда опять появляется «время кумиров»? Какие тут приливы-отливы?

Стоя на берегу, мы можем лишь констатировать мировой отлив. На песке валяются бесчисленные золотые орлы, золотые пальмовые ветви, золотые львы и прочие побрякухи, а кумиров унесло очень далеко...

Но кто сказал, что завтра новый прилив их не принесет?