Борис Кагарлицкий: Разрыв

Один из самых любимых моих эстонских анекдотов. Мальчик до трех лет ничего не говорил. Водили к врачу, обследовали. Не помогало. И лишь в три года он неожиданно произнес: «Суп пересолен». «Почему же ты раньше молчал?!» – изумляются родители. – «Раньше все было в порядке».

По отношению к левым организациям отечественная пресса ведет себя в точности как эстонский мальчик. Читатели большинства серьезных газет вряд ли знали о создании Левого фронта и очень редко замечали существование Союза коммунистической молодежи до тех пор, пока в них не наметился раскол. А про Авангард красной молодежи вспоминали лишь тогда, когда кого-то из его активистов избивала милиция.

Но вот случился скандал. Руководство КПРФ пригласило на демонстрацию 1 мая Движение против нелегальной иммиграции. Группу откровенно националистическую, выступившую прошлой осенью ядром знаменитого «Правого марша».

Дискуссии внутри левых групп неожиданно стали темой «серьезной» прессы. В массовых изданиях мы можем сегодня прочитать подробный рассказ о происходящем, изложение основных позиций. Детализированный анализ свидетельствует о том, что авторы честно проштудировали www.aglob.ru и другие левые сайты. Правда, с непривычки журналисты все равно перевирают имена и путаются в частностях. Но прогресс налицо!

Выйти на улицу голым

«C точки зрения и самих ультраправых, участие в демонстрации под красными знаменами порождает некоторые идеологические проблемы»

Надо сказать, что, с точки зрения и самих ультраправых, участие в демонстрации под красными знаменами порождает некоторые идеологические проблемы. Но сторонники расовой чистоты отличаются дисциплиной и практичностью. Призывая «всех правых патриотов принять участие в марше 1 мая», ДПНИ терпеливо разъясняет в Интернете, «зачем это нужно:

- репетируем Русский марш – 2006;

- выдавливаем леваков (АКМ, троцкистов и прочую мразь) с социальных тем;

- проходим по центру города с имперскими флагами;

- затыкаем пасть Гельманам-Сурковым: собака лает, караван идет».

Со своей стороны, сторонники официальной линии КПРФ тоже не прибегали к особо изысканным аргументам. «По-моему, вопрос может ставиться единственным образом, – читаем мы в одной из рассылок, – ДПНИ (равно и любая другая организация) за или против путинского режима? Если за – союз с ними невозможен. Если против – на сотрудничество (хотя бы тактическое) идти можно и нужно».

На первомайское шествие вместе с Зюгановым вышло целое множество различных националистических групп откровенно черносотенного толка (фото Эвелина Гигуль/ВЗГЛЯД)

Секретарь Союза коммунистической молодежи Андрей Карелин, напротив, пытался отговорить руководство от рокового шага, дискредитирующего партию: именно Кремль «руками придворных политтехнологов усиленно навязывает КПРФ мнение о необходимости «тактического взаимодействия» с подобными организациями». Таким образом, все, в любом случае, сводится к проискам Кремля. В одном случае предполагается, что агентом администрации является всякий, кто пытается расколоть «единство оппозиции». В другом случае вражеской агентурой объявляют тех, кто это единство отстаивает, поскольку на практике это идет оппозиции только во вред.

«Ну, это, конечно, глупость, – возражает еще один участник дискуссии. – Я понимаю стремление авторов деликатно обойти проблему, связанную со своеобразной позицией руководства КПРФ. Но сваливать опять все на Кремль – это, право, даже не смешно. Ясно же, что Кремль тут ни при чем и что махровый национал-патриотизм и конъюнктурщина процветают в КПРФ без всякой помощи Кремля».

Если бы сказка о голом короле писалась в наши дни, она, несомненно, имела бы совершенно другой конец. Вопрос, почему его величество выходит на демонстрацию голым, занимал бы нас гораздо меньше, чем выяснение того, кто нанял мальчика, прокричавшего об этом на всю площадь. И политтехнологи, только что сами пошившие «новое платье короля», принялись бы с не меньшим усердием доказывать: все эти крики организованы некими враждебными силами.

Слов нет, Кремлю выгодно саморазоблачение КПРФ, выгоден скандал. Неудивительно, что подконтрольные власти издания смакуют его с нескрываемым удовольствием. Но кто заставлял нашего короля выйти на улицу голым? Кто организовывал совместное шествие КПРФ с ультраправыми? Кто настаивал на их участии, преодолевая отчаянное сопротивление членов своей же партии?

Если все это происки Кремля, то придется объявить, что самая злостная его агентура сидит именно в руководстве КПРФ. Никто не сделал для дискредитации этой партии и вообще коммунистической оппозиции больше, чем ее собственные лидеры.

Вредные привычки

Бабушки с антисемитскими плакатами, молодцы с православными хоругвями и имперскими флагами, ряженые в белогвардейской форме – все они на протяжении многих лет были необходимым элементом партийных мероприятий (фото Эвелина Гигуль/ВЗГЛЯД)

На первый взгляд может показаться странным, что скандал по поводу участия националистов в марше КПРФ возник именно сейчас. Ведь Зюганов и его окружение никогда не скрывали своей симпатии к «национальным идеям». Бабушки с антисемитскими плакатами, молодцы с православными хоругвями и имперскими флагами, ряженые в белогвардейской форме – все они на протяжении многих лет были необходимым элементом партийных мероприятий, а речи и программные заявления партийных идеологов всегда пестрили ссылками на великие традиции русского самодержавия. Лидеры партии всегда придерживались идеологии «красно-белого союза», смысл которой состоял в использовании «красной» массовки ради реализации программы «белых».

Для националистического начальства зюгановской КПРФ праздник Первомая чересчур пахнет интернационализмом. С огромным трудом, преодолевая отвращение, приходится выдавливать из себя несколько общих фраз про солидарность трудящихся. Однако вся политика этой партии имеет прямо противоположный смысл. Слова звучат глухо и пусто, а в красных колоннах то и дело мелькают знамена с эмблемами, подозрительно напоминающими гитлеровскую свастику. В нынешнем году эти знамена понесут и на 9 Мая. Видимо, чтобы мы осознали, что победа над нацизмом оказалась далеко не окончательной.

Реальный скандал произошел не от того, что партия, считающаяся левой и коммунистической по названию, является правой и антикоммунистической по идеологии, а от того, что это наконец заметили в ее собственных рядах. Мальчики, закричавшие про голого короля, нашлись не среди зрителей, а среди участников шествия. Вот тут действительно возникли проблемы.

Ситуация вокруг партии изменилась от того, что перемены произошли в общественных настроениях. На протяжении последних лет левые идеи вновь стали популярны, у них появилось значительное число молодых сторонников. Объединенная оппозиция, хаотически соединявшая в своей риторике заведомо несовместимые идеи и лозунги, была возможна в 1990-е годы на фоне всеобщей разрухи, царившей тогда в головах населения, подвергнутого «шоковой терапии». Но после того как шок прошел и люди пришли в себя, приходит конец и идеологическим галлюцинациям прошлого десятилетия. А партийные лидеры, привыкшие манипулировать толпой дезориентированных и растерянных людей, сталкиваются с совершенно другой аудиторией, у которой есть внятные политические взгляды.

Неудивительно, что в такой ситуации активисты Союза коммунистической молодежи и члены «союзнических» с КПРФ партий начали протестовать против засилья националистов. Другого выхода у них просто нет: надо или оставаться левыми, или переходить к фашистам.

Другое дело, что протест против политики руководства больше похож на бунт на коленях. Привитая за долгие годы привычка к партийной лояльности берет свое. Письма протеста, направляемые Геннадию Зюганову и Ивану Мельникову, представляют собой многословные увещевания, которые заведомо не могут иметь никакого действия. Одно такое послание уже направляли по начальству 8 апреля, когда ультраправым дали слово на митинге, посвященном жилищной реформе.

Кто-то даже предложил написать «универсальное обращение» на все случаи жизни и просто вычеркивать из него лишнее: «мы призываем все левые силы возвысить (поднять, подбросить в воздух) свой голос (руку, головной убор) протеста против готовящегося участия ксенофобов (русофобов, гомофобов, аэрофобов, некрофилов, зоофилов) из ДПНИ (РРП, «Яблока», СПС, «Наших», «Единой России» и т. д.) в марше пролетарской солидарности 1 Мая (Международного женского дня, очередной годовщины Октябрьской революции, Дня взятия Бастилии, Дня строителя, Дня нефтяника) и приложить все усилия для недопущения подобной провокации». В общем, фашизм не пройдет (не проедет, не прокатит, не проканает)!

В самом деле, очень смешно. Только надо понимать, что решения, принятые партийным руководством, не являются конъюнктурными. Меньше всего можно заподозрить здесь случайную ошибку или недоразумение. Как раз наоборот – впервые за много лет лидеры КПРФ ведут себя последовательно, честно и принципиально. Они приглашают на общий митинг поклонников Третьего рейха и антикоммунистов, вдохновляемых «русской имперской идеей», потому что считают этих людей идейно близкими. Молодежь, читающая Ленина или, не дай бог, Троцкого, напротив, является чуждой, потенциально враждебной силой. А лучше, чтобы вообще ничего не читали!

Все готово, чтобы рвать ткань

Ультраправые со своими знаменами прошествовали в партийных колоннах 1 мая (фото Эвелина Гигуль/ВЗГЛЯД)

Несмотря на все протесты, руководство КПРФ осталось верным себе. Ультраправые со своими знаменами прошествовали в партийных колоннах 1 мая. Их было много, и они чувствовали себя хозяевами положения. На подходе к памятнику Марксу левые активисты решили отсечь колонну ДПНИ от основного потока демонстрантов, но фашисты спокойно удалились, поскольку участие в скучном митинге ими и не планировалось. Только некоторые партийные ораторы сетовали, что «настоящим патриотам» не дали выступить с партийной трибуны.

По окончании праздничных мероприятий удовлетворенные лидеры ультраправых разместили на своем сайте панегирик лидеру КПРФ: «Мы выражаем благодарность ЦК КПРФ и лично товарищу Зюганову за приглашение на мероприятие и предоставленную возможность осуществить наше право высказать свои требования и поднять наши знамена. Также особую признательность хочется выразить МОБ ГУВД г. Москвы и лично генералу Козлову за обеспечение порядка во время шествия и пресечение провокаций ультралевых маргинальных групп анархистов и троцкистов. Также хочется отметить смелость, которую проявили русский патриот генерал Козлов, обеспечивший прикрытие колонне ДПНИ, и руководство КПРФ, разрешившее поднять наши знамена, несмотря на давление со стороны известных провокаторов – Гельмана, Дудаева и примкнувшего к ним Тюлькина». Первоначальный план мероприятия был в целом выполнен.

КПРФ предоставила себя для неофашистских групп в качестве политического трамплина и прикрытия. Большинство левых и без первомайского скандала давно понимают, что такая «коммунистическая» партия не только не может быть им союзником, но и является врагом. Ничуть не хуже понимает это и руководство КПРФ, которое на протяжении всей своей истории боролось с любыми проявлениями марксистской идеологии в оппозиции. Однако реальная жизнь сложнее политических схем. Молодые активисты пытались использовать ресурсы КПРФ, чтобы была комната для собраний, чтобы дали немного красного кумача на изготовление транспарантов. Где-то можно подработать на выборах, а кому-то светит должность помощника депутата! В свою очередь партийные функционеры прекрасно понимали, что потенциально опасную молодежь лучше держать при себе. Слегка прикормленные, почти ручные, эти ребята быстро сделаются не способны к самостоятельным действиям, перестанут представлять угрозу.

Избранный метод себя в значительной мере оправдал. Теперь, когда неизбежность раскола становится более или менее очевидна, левые рассылки полны горестных писем: куда же мы пойдем, если порвем с КПРФ?

Хотя, с другой стороны, кто мешает оставаться под крылом Зюганова. Для левого движения потеря невелика. Революцию редко делают прирученные и откормленные функционеры.

Левыми в России уже достигнута «критическая масса», необходимая для самостоятельного участия в политике. И главное, в обществе существует острая потребность в новых идеях, лозунгах и организациях. Разрыв со старой оппозицией необходим, чтобы появилась оппозиция новая – последовательно демократическая и последовательно левая. Именно в этом суть разворачивающейся сегодня перед нами драмы.

То, что поводом для окончательного размежевания между сторонниками левых идей и национал-тоталитарными силами послужил именно Первомай, глубоко символично. Этот день остается народным праздником, в котором удивительным образом соединился бытовой и политический смысл. Бытовое значение майских праздников очевидно. Люди уезжают на дачи, копают огороды, гуляют с детьми. Близость Первомая и Дня Победы превращает начало месяца в своеобразные полуофициальные, но узаконенные обычаем каникулы для взрослых. Новая российская власть Первомай надеялась деполитизировать так же, как был еще советской властью при Брежневе деполитизирован праздник 8 Марта. День международной солидарности трудящихся превратился в безобидный День весны и труда. Но, в отличие от многих других советских выходных, 1 Мая за прошедшие годы политического смысла не утратил. Больше того, этот политический смысл осознается все сильнее.

Когда в СССР 1 Мая превращали в государственный праздник, руководство страны исходило не только из пролетарской традиции отмечать демонстрациями и митингами годовщину расстрела чикагских рабочих. Этот праздник должен был стать революционным замещением православной Пасхи (праздника воскрешения), которая не только приходится обычно на близкие даты, но в некотором отношении имеет и сходный смысл – гибель рабочих борцов была необходима для будущей победы. За гибелью героев следует возобновление классовой борьбы.

Для коммунистической партийной верхушки день борьбы превратился в праздник самолюбования, что, впрочем, вполне соответствует поздней советской традиции.

КПРФ пыталась приватизировать майский праздник, а власть деполитизировать его, призывая народ отправляться на огороды. Обе стороны добились успеха, но лишь частичного. Праздник 1 Мая не вписывается в идеологические доктрины нынешней власти и не укладывается в пропагандистские схемы КПРФ. Он слишком классовый, слишком боевой, слишком революционный. Причем речь идет 1 мая не о какой-то определенной революции (как 7 ноября), а о революционной борьбе вообще. Не о прошлом, а о будущем. О воображаемом, но возможном будущем, когда социальное освобождение станет не лозунгом, используемым государственной бюрократией, а жизненной практикой миллионов людей. Революции уже совершившиеся можно сколько угодно критиковать, но о новых революциях все равно будут мечтать.