Леонид Радзиховский: Дело Сычева

Трагедия с Андреем Сычевым – пожалуй, самая сильная эмоциональная встряска для нашего общества за долгое время. Причина не только в невероятной жестокости происшедшего. Еще важнее то, что любой отец, любая мать легко ставят на место несчастного Сычева своего сына, а любой молодой человек понимает, что может оказаться в положении Сычева.

Опрос на радиостанции «Эхо Москвы» дал такой результат: 96% слушателей заявили, что не желают отдавать своего ребенка в армию. Когда я рассказал об этом своему знакомому, он сказал: «Интересно, а кто такие остальные 4%?» Популярный журналист, обсуждая ту же трагедию, долго ругал тех, кто «топчет ногами армию», возмущался нашей «антинациональной элитой», не желающей отдавать в армию своих детей, и закончил призывом: армия должна быть радикально изменена! В ней должны служить только люди с высшим образованием, элита общества, служба должна быть честью, ступенькой в карьере и т. д. и т. п. Весь этот пафос немного пострадал от звонка в студию и вопроса: «Скажите, вот вы тоже принадлежите к элите. У вас сын есть?» «Есть», – нехотя ответил журналист-патриот. «А он в армии служил?» Но здесь вмешательство ведущего прервало эту провокацию…

Нам много раз объясняли, что реформа армии началась. Что она успешно идет. Что она развивается. Что она почти закончилась. Недавно «мелькнуло сообщение», что реформа, оказывается, благополучно завершилась. Через некоторое время грянуло дело Сычева.

«Армии нужна «живая сила», бесправное «пушечное мясо». В отношении солдата так было всегда»

Впрочем, если верить статистике, ситуация в армии не так уж страшна: из миллиона (примерно) солдат 16 в год погибают в результате «неуставных отношений», около 200 кончают с собой, а всего в год гибнет и умирает около 1000. Можно предположить, что среди их сверстников, находящихся «на воле», процент самоубийств, убийств, смертей от несчастных случаев примерно такой же. Больше того. Если переступить через абсолютно естественные эмоции, то надо признать, что и «на воле» бывают случаи такие же, как с Сычевым, – и изнасилования, и издевательства, превосходящие всякое воображение нормального человека. Процент садистов и насильников примерно одинаков среди военных и штатских. Кстати сказать, как правило, наркоманами, садистами, насильниками становятся не в армии – они такими красавцами туда уже приходят. И в армии их «творческий путь» не заканчивается – после демобилизации ублюдки, пытавшие Сычева «на гражданке», останутся самими собой, продолжат любимые игры (т. е. эти-то конкретные сволочи, понятно, сядут, но другие будут вести себя так же).

Почему же именно этот случай вызывает такой ужас в обществе? Может быть, «нам подбрасывают», как выражался Горбачев, журналисты «раздувают сенсацию», «дискредитируют армию» и т. д.? А так-то, на трезвую голову, – «народ и армия едины», «армия – зеркало всего общества» и «неча на зеркало пенять, коли рожа крива»…

Нет. Эти «успокоительные» рассуждения – бесчестны. Есть «одна деталь», внушающая всякому нормальному человеку ужас, когда речь идет именно об армии.

ЮНОША ТАМ НЕСВОБОДЕН. Да, «на гражданке» у него – у нормального, обычного, доброго и т. д. молодого человека – есть шанс попасть в несчастье, стать жертвой двуногих зверей. Но есть и свобода выбора, есть и техника безопасности – стараться избегать таких «знакомств», например. В армии, как и в тюрьме, когда за тобой закрылась дверь казармы – ты в их власти, бежать некуда. Поэтому роль жесткого негодяя в закрытом мужском коллективе гораздо больше и опаснее, чем в открытом мире.

Безусловно, ничтожное меньшинство солдат приходят из армии физическими калеками или вообще погибают – десятые доли процента. И вот эта, самая жуткая, статистика, может быть, и впрямь не сильно различается в армии и на свободе. Но унижениям, избиениям, оскорблениям подвергаются в армии, в отличие от «гражданки», ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ – во всяком случае, пока они находятся в разряде «молодых». И, может быть, еще отвратительнее то, что ВСЕ они принимают правила этой гнусной игры и передают эстафету дальше – став «дедами», более или менее злобно отыгрываются на новобранцах!

Так кому и зачем нужна эта «спартанская школа жизни» – жестокости, рабства, мучений, с единственным утешением, достойным раба: «а у меня тоже будут рабы, дай срок»? Каких «настоящих мужчин» она воспитывает?

Андрей Сычев

Этот садизм нужен государству? А – зачем? Почему Министерство обороны не выжигает эту заразу, напротив, очевидно, культивирует систему «дедовщины» (без крайностей, конечно же, без крайностей!), как самый простой и надежный способ поддержания дисциплины в армии? Точнее – почему Министерство СМЕЕТ так себя вести по отношению к солдатам?

Ответ вполне очевиден. Потому что Система выстроена так, что в ней безопасность и достоинство солдата – на последнем месте. А потребности бюрократической военной машины (в рабочих руках, в единицах отчетности и т. д.) – на первом месте.

И вот тут мы приходим к глубокому, хотя не до конца понятому обществом и армией конфликту.

В конституции записано, что интересы гражданина первичны, интересы государства – вторичны. Но редко где этот конфликт интересов принимает такую четкую и непримиримую форму, как в нашей армии.

Армии нужна «живая сила», бесправное «пушечное мясо». В отношении солдата так было всегда – в царской армии, где «нижний чин» был вообще крепостным (или вчерашним крепостным). Точно то же – в Советской армии, где высшей доблестью провозглашалось, например, умереть, спасая технику (см. любой советский фильм). А уж если солдат, попав в плен, ради спасения жизни выдавал военные секреты, то его ждал трибунал и расстрел (штрафбат, лагерь). Между тем в уставе, скажем, Армии обороны Израиля прямо записано, что солдат ОБЯЗАН выдавать любые секреты, чтобы спасти свою жизнь! И насколько можно судить, обороноспособность государства от этого «слюнтяйства» не слишком пострадала…

В стране, где Государство – все, а человек – винтик этого Государства, конфликта интересов быть не могло. «Поконфликтуй тут мне, поконфликтуй!»

Но ситуация изменилась – и, надо думать, необратимо.

Сегодня для гражданина России нет Государства как священного идола. Неслыханные и невиданные факты – когда на Государство подают в суд (да еще и в Европейский!) и это не воспринимается ни как «кощунство», ни как «предательство», «измена» и т. д. Это говорит о том, что психология людей стала совсем другой.

В полном объеме это относится и к такому институту государства, как Армия.

Советский агитплакат

Люди, понятно, всегда норовили «откосить» от армии, но делали это тихо, скрытно, в индивидуальном порядке, как нечто ПОСТЫДНОЕ. Сейчас же психология изменилась. О нежелании выполнять «почетный долг» говорят совершенно ОТКРЫТО, и это НЕ ОСУЖДАЕТСЯ ОБЩЕСТВОМ.

Почему?

Потому что изменилась СИСТЕМА ПРИОРИТЕТОВ. Обеспечьте сначала безопасность и человеческие условия существования солдату – а потом требуйте с него выполнения долга перед государством. Сегодня эта фраза – банальна. Вчера (в мирное, в сугубо мирное время, война кончилась 60 лет назад!) ровно эта же фраза означала попросту ИЗМЕНУ РОДИНЕ.

Да, большинство людей не ломают голову над «высокоидейными конфликтами». И так ясно – надо «откосить» сына от армии. Или наоборот: хочу хоть такой ценой вырваться из своей деревни (или спастись от ареста, от отца-алкаша и т. д.). Житейская проблема – тут не до высоких материй.

Но в общественном сознании тем временем незаметно произошел тот самый сдвиг. Безопасность человека – в том числе в армии, в том числе его безопасность от государства – ощущается и декларируется как ПЕРВИЧНАЯ, САМОДОСТАТОЧНАЯ ценность. А вот безопасность государства (по крайней мере, в мирное время) – как ВТОРИЧНАЯ. И чем дальше будет развиваться гражданское общество, чем больше людей будут привыкать жить в человеческих условиях, чем больше людей станут зарабатывать деньги в фирмах, а не получать их из бюджета – тем сильнее будет это ощущение. Пусть сначала государство обеспечит МОЮ безопасность (и человеческое достоинство), а затем я буду сдавать свой «военный налог» в мирное время.

«Плохо» это или «хорошо»? «Морально» или «аморально»? На эти темы можно долго спорить. Но, в любом случае, это – так, это – факт. Можно ссылаться на Кеннеди (как у нас любят ссылаться на высший авторитет – САМ ПРЕЗИДЕНТ США сказал, не шутка!). «Не спрашивай, что Америка сделала для тебя, спрашивай, что ты сделал для Америки». Пусть американцы разбираются сами со СВОИМ государством (как известно, президент Клинтон откосил от армии В УСЛОВИЯХ ВОЙНЫ во Вьетнаме «по идейным мотивам», а президент Буш проделал примерно то же, по мотивам «безыдейным»). У нас хватает своих забот со своей армией, своим государством.

А практическое разрешение конфликта интересов очень просто. Плетью обух не перешибешь. Людей «назад» не развернешь, покорными рабами государства их больше не сделать. Надо государству и Минобороны осознать медицинский факт. Если вы хотите, чтобы в армии служили «в охотку» образованные люди (а при современной технике это весьма желательно), относитесь к ним не как к пушечному мясу, ДОКАЖИТЕ им (постепенно!), что их жизнь, безопасность, достоинство в армии не пострадают. Или отменяйте призыв. Третьего, как говорится, не дано.

Вот такой свежий и оригинальный вывод.